Мы выжили. Начало. - Страница 40


К оглавлению

40

На эту реплику Наталья мило улыбнулась и ответила:

— Находит иногда просветление…

— Да! — Вовка встал и прошел к вешалке, где висел его «лыжник», — Мишка мне же записку передал.

Прочитав вслух записку, Юра сказал:

— Во всяком случае вариант узнать обстановку у нас остался… По крайней мере, пока своей серьезной станцией не обзаведемся.

— Где же ее взять-то?

— Есть тут место не далеко, если ничего не изменилось за последние пару лет.

Весь следующий день мы всем своим коллективом опять занимались горнолыжной. Жить все-таки решили в конторе, т. к. и на печи можно готовить, а не только греться, и точка самая высокая и пути отхода удобные на экстренный случай. Со скважиной все получилось, отогрели, запитали насос от моего генератора и накачали вкуснейшей артезианской воды. Пара дней ушла на обустройство быта. Погода установилась более-менее «теплая», т. е. в среднем минус пятнадцать, перемещаться и работать вне помещений, было относительно комфортно. Ревизия закромов местных жителей дала некую уверенность в том, что на ближайшие полгода, а в режиме экономии и года, вопрос пропитания снят, что не могло не радовать.

Разбудило меня невнятный шепот, напевный такой…

— … Яко Ты, Господи, упование мое, Вышняго положил еси прибежище твое. Не приидет к тебе зло, и рана не приближится телеси твоему, яко Ангелом Своим заповесть о тебе… — часто клянясь и крестясь молилась в Красном углу Мария Степановна.

Я закрыл глаза, лежал и ждал, когда она закончит молитву, постеснялся вставать и мешать. Думал о том, как нам сегодня до обеда уложиться с переездом, а потом еще дров со дворов навозить надо. Есть и уголь по сараям, но его долбить надо, пробовали, корка сантиметров двадцать — только время терять, а дров навалом по поленницам. Баба Маша закончила с молитвой и я открыл глаза.

— Проснулся? — чуть наклонилась ко мне она.

— Угу, — кивнул я в ответ.

— Господь добрый знак дал… иди на верх, глянь, — кивнула она на лаз на мансарду.

На верху дежурил Юра, и поставив локти на подоконник он любовался еле заметными лучами солнца пробивающимися сквозь грязно-красные тучи далеко на горизонте.

— Класс! — обрадовался я.

— Да, уже час наблюдаю, — не поворачиваясь ответил Юра, — так, на пару минут пробьется малость света, а потом опять затягивает…

— Значит, есть вероятность, что атмосфера начала очищаться?

— Есть… но радоваться рано, думаю, с климатом проблем еще будет навалом, но этот свет вселяет оптимизм, хоть собственно и света как такового не особо много.

— Да уж, — я присел на стопку скрученных проволокой строганных досок, — если бы сейчас работали радиостанции апокалипсического мира, наверное по утрам мы бы слышали что-то вроде — «температура воздуха вне убежищ такая-то, радиоактивный фон такой-то, освещенность столько-то люменов, толщина снежного покрова такая-то… а теперь в эфире песня, в исполнении рок-группы „Полярный Лис“»…

— Угу, — улыбнувшись, хмыкнул Юра, — О! Сегодня переедем наконец-то, с дровами закончим, а завтра с утра выезжаем связь добывать.

— Да, не помешало бы узнать что в остальном мире творится… А что там за станции?

— Разные, и КВ и УКВ, даже КШМ-ки с ЗАСом — машины связи на консервации, и «шишиги» и ЗИЛки 131-е точно знаю что есть. Правда все старье, раз в пятилетку на учения выгоняли, но попытка не пытка как говориться. Нога уже нормально, шрамы затянулись, на холод почти не реагирует и не ломит.

— Кого с собой возьмешь?

— Тебя. Надо только собраться нормально, всякое там может быть.

— Ну, с дровами закончим да соберемся, «викинга» с «мыльницей» возьмем, у Вовки, как он называет, «экспедиционный комплект» собран.

— Хорошо, — кивнул Юра, — иди, народ буди, хватит на массу давить.

Переезд много времени не занял, да настроение после наблюдения «света в конце тоннеля» как-то приподнялось, правда, ветер «перемешал» тучи и когда все проснулись, показать им было уже нечего. А после обеда, оставив Наталью и Сережку наводить окончательный порядок «на базе», как ее стали называть с подачи Вовки, занялись дровами. Возили все «Хайсом», изготовив из трех, не до конца оторванных прошлым ураганом листов кровли из профиля с одного их домов, некое подобие саней (с помощью кувалды, газового ключа и известной матери), связав их один за другим веревкой.

А ужин совместили с новосельем, нажарив сладкой мерзлой картошки с какой-то консервированной зажаркой и тушенкой. Была и трехлитровая банка отличного очищенного самогона, и огурчики соленые и капуста бочковая, как там? — «Стол ломился от яств», ага, много правда не пили… так, по три «дежурные» рюмки. После ужина проверили экспедиционный комплект, провизию и оружие, и разбив ночные дежурства разошлись спать.

Ночью сквозь сон слышал, как шептались Наталья с Вовкой и хихикали… ну дай Бог, сформируется новая ячейка общества. По-честному даже порадовался за друга, а то у него все время как-то с бабами не строились отношения, что впрочем, немудрено с его-то тараканами в голове, ну и Наталья ему подстать.

— 21 -

— Может на «Хайсе» поедете? — спросил Вовка, когда мы все позавтракали.

— Нет, вдруг вляпаемся в какие неприятности, а снегоход порезвей будет, и если по тайге пробираться то на нем удобнее, — ответил Юра.

— Тогда на двух снегоходах езжайте, — не унимался Вовка, — если что… если что, можно как зайцы, в разные стороны рвануть. Не спокойно как-то мне.

— Вот блин «Ванга», чего тебе не спокойно? — спросил я, застёгивая ремень с кобурой поверх «лыжника», — ветер не сильный, мороз тоже вроде особо не щиплет.

40